Критерии оценки
Актуальность:
Грамотность:
Стиль:
Комментариев:
0
Рейтинг статьи:
0

Ваши комментарии и оценки формируют рейтинг публикации. Лучшая публикация попадает в ТОР и это дает возможность автору стать экспертом сайта.

Внимание!
Автор самостоятельно размещает свои материалы на нашем сайте и несет за их достоверность полную ответственность. Редакция не всегда разделяет мнение автора.

Live
Как провести обмен по формуле «всех на всех», или Об «успехах» дипломатии Волкера
Ирина Русенко 29.05 10:35 — комментирует статью Как провести обмен по формуле «всех на всех», или Об «успехах» дипломатии Волкера
Как провести обмен по формуле «всех на всех», или Об «успехах» дипломатии Волкера
Гость Из Будущего 26.05 05:02 — комментирует статью Как провести обмен по формуле «всех на всех», или Об «успехах» дипломатии Волкера
Свобода слова по-еврореформаторски: неугодные СМИ закрыть, инакомыслие…
Ирина Русенко 22.05 15:31 — комментирует статью Свобода слова по-еврореформаторски: неугодные СМИ закрыть, инакомыслие…
Прозрение Европы,  или Новые горизонты демократии по-украински
Ирина Русенко 18.05 15:58 — комментирует статью Прозрение Европы, или Новые горизонты демократии по-украински
Прозрение Европы,  или Новые горизонты демократии по-украински
Ирина Русенко 18.05 15:57 — комментирует статью Прозрение Европы, или Новые горизонты демократии по-украински
По иску Виктора Медведчука суд обязал Парубия пройти психолого-лингвистическую…
Ирина Русенко 18.05 15:45 — комментирует статью По иску Виктора Медведчука суд обязал Парубия пройти психолого-лингвистическую…
По иску Виктора Медведчука суд обязал Парубия пройти психолого-лингвистическую…
Ирина Русенко 18.05 15:43 — комментирует статью По иску Виктора Медведчука суд обязал Парубия пройти психолого-лингвистическую…
С Праздником Светлой Пасхи!
Борис Борисович Рогозин 17.05 16:03 — комментирует статью С Праздником Светлой Пасхи!
С Праздником Светлой Пасхи!
Борис Борисович Рогозин 17.05 16:02 — комментирует статью С Праздником Светлой Пасхи!
Виктор Медведчук: Прорыв украинских товаропроизводителей на Запад так и не…
Гость Из Будущего 12.05 15:13 — комментирует новость Виктор Медведчук: Прорыв украинских товаропроизводителей на Запад так и не…
В. Медведчук: О каком повышении цены идет речь, если в Украине три четверти газа —…
Алекс Короткий 10.05 23:31 — комментирует новость В. Медведчук: О каком повышении цены идет речь, если в Украине три четверти газа —…
Газ Украины и для Украины: дискуссии вокруг цены
Алекс Короткий 10.05 23:21 — комментирует статью Газ Украины и для Украины: дискуссии вокруг цены
Кабмин утвердил перечень объектов большой приватизации на 21,3 млрд грн…
Таїсія Попович 10.05 23:14 — комментирует новость Кабмин утвердил перечень объектов большой приватизации на 21,3 млрд грн…
В. Медведчук: О каком повышении цены идет речь, если в Украине три четверти газа —…
Таїсія Попович 10.05 22:11 — комментирует новость В. Медведчук: О каком повышении цены идет речь, если в Украине три четверти газа —…
В. Медведчук: Надругательство над подвигом воинов-освободителей стало в…
Таїсія Попович 10.05 22:08 — комментирует новость В. Медведчук: Надругательство над подвигом воинов-освободителей стало в…
Газ Украины и для Украины: дискуссии вокруг цены
Саша Жук 10.05 15:21 — комментирует статью Газ Украины и для Украины: дискуссии вокруг цены
Американский штат признал Голодомор геноцидом украинского народа
Таїсія Попович 10.05 14:49 — комментирует новость Американский штат признал Голодомор геноцидом украинского народа
Виктор Медведчук: Стереть из памяти людей одесскую трагедию не удастся
Таїсія Попович 10.05 14:48 — комментирует новость Виктор Медведчук: Стереть из памяти людей одесскую трагедию не удастся
Виктор Медведчук: Стереть из памяти людей одесскую трагедию не удастся
Таїсія Попович 10.05 14:18 — комментирует новость Виктор Медведчук: Стереть из памяти людей одесскую трагедию не удастся
С днем Великой Победы!
Таїсія Попович 10.05 14:14 — комментирует статью С днем Великой Победы!
Права человека

Право на неприкосновенность личной и семейной жизни, жилища и коммуникаций человека

Право на неприкосновенность личной и семейной жизни, жилища и коммуникаций человека

Председатель рабочей группы Комиссии по правам человека ООН, призванной к созданию проекта Всеобщей декларации прав человека, Элеонора Рузвельт (1884-1962) в своей речи «Всё в наших руках», посвящённой 10-летию со дня провозглашения этого эпохального документа, заметила: «Где же все-таки начинаются права человека? В небольших местечках вблизи от дома, столь близких и столь маленьких, что их не увидишь ни на одной карте мира. И все же — это мир отдельного человека; окружение, в котором он живет; школа или колледж, который он посещает; завод, ферма или контора, где он работает. Это там, где каждый мужчина, женщина и ребёнок стремится к равной справедливости, равным возможностям, равному достоинству без дискриминации». Эта речь обращает на себя внимание тем, что источник основных прав согласно мнению её автора усматривается в той сфере человеческого бытия, которая подлежит защите преимущественно со стороны права на неприкосновенность личной и семейной жизни, жилища и коммуникаций человека (далее - комментируемое право). Этим обстоятельством и определяется значение последнего на всемирном Олимпе основных прав человека.

Вместе с тем надо признать, что правовая мысль человечества далеко не сразу пришла к осознанию значения комментируемого права в силу чего на ранних этапах своего развития явно не отличала его от права на личную неприкосновенность. Начиная с Великой хартии вольностей 1215 г. эти два права подобно сиамским близнецам уживались в одном теле, о чём свидетельствует, например, четвёртая поправка к Конституции США, увидевшая свет в тексте Билля о правах США 1791 г.: «Право народа на неприкосновенность личности, жилища, бумаг и имущества не может нарушаться необоснованными обысками или арестами…». Такое положение вещей сохранялось вплоть до 1890 г., когда американские правоведы Луис Брэндис и Сэмюэль Уоррен опубликовали свою знаменитую статью «Право на Прайвеси». Прайвеси или «право на приватность», под которым по замыслу его творцов, понималось право каждого человека на то, «чтобы его оставили в покое», право «побыть одному».  Авторы этой концепции (один из которых - Луис Брэндис - будущий член Верховного суда США) утверждали, что «прайвеси - есть законное требование индивидуума определять меру, по которой он желает участвовать в контроле над временем, местом и обстоятельствами общения с другими лицами. Это также право индивидуума контролировать информацию о самом себе как собственное владение». Как отмечал впоследствии Брэндис: «Создатели нашей Конституции стремились защищать чувства американцев. Они предоставили им право требовать, чтобы правительство оставило их в покое, - самое всеобъемлющее из человеческих прав, которое наиболее ценится цивилизованными людьми». С легкой руки своих авторов эта концепция получила широкое распространение в юридической литературе западных стран. 

В процессе дальнейшего развития адепты этой концепции стали обращать внимание на следующие наиболее характерные черты прайвеси: одиночество (возможность человека оставаться наедине со своими мыслями), интимность (возможность сохранения тесных связей между людьми), анонимность (возможность обособленного существования в социальной среде) и дистанцию (возможность приостановить коммуникации с окружающими). По их мнению основным предназначением прайвеси должно было стать обеспечение возможности человека на уединённое бытие, защищённое от произвольных притязаний, как со стороны  государства, так и иных (юридических и физических) лиц. Прайвеси предполагает наличие некой физической, психологической и духовной автономии, которую стали очень образно именовать «персональным суверенитетом», «сферой иммунитета», «резервуаром природной свободы», «территорией свободной деятельности» человека. 

С момента своего появления на свет прайвеси стало играть столь значительную роль в системе ценностей международного сообщества, что некоторые державы даже сочли возможным принятие отдельных правовых актов, призванных упорядочить все правовые наработки, имевших ранее место в этой деликатной сфере человеческого бытия. В частности, оная концепция получила своё наиболее полное и всестороннее развитие в Австралийской хартии прайвеси от 6 декабря 1994 г.  Сей примечательный акт, в частности, гласит: «Свободное и демократическое общество требует уважения к автономии каждого человека и ограничивает её от вторжения как государства, так и частных компаний… Прайвеси - основное право человека и разумное ожидание, принадлежащие каждому». Иными словами, признается некое пространство личного бытия индивидуума, границы которого должны оставаться на замке для любых непрошенных гостей, начиная от государства и заканчивая неуёмными и навязчивыми папарацци. Последнее обрело особое значение в свете обстоятельств трагической гибели принцессы Уэльской Дианы (1961-1997).

Вместе с тем,  самые трагические страницы истории развития человечества привели к убеждению, что по своему содержанию право на прайвеси не способно в должной степени обеспечить защиту человеческого достоинства. Это объясняется тем, что концепция прайвеси преимущественно сформировалась до тех событий, которые потрясли мир в  ХХ веке. Наиболее выразительную оценку последние получили 3 июля 2009 г. в резолюции Парламентской ассамблеи ОБСЕ «Объединение разделённой Европы: защита прав человека и гражданских свобод в регионе ОБСЕ в XXI веке». В ней обращалось внимание на то, что «в двадцатом веке европейские страны испытали на себе два мощных тоталитарных режима, нацистский и сталинский, которые несли с собой геноцид, нарушения прав и свобод человека, военные преступления и преступления против человечества». Очевидно, что практика повсеместного надругательства над правами человека, которую эти два тиранических режима продемонстрировали всему миру, предъявляют к соответствующему праву такие требования, которые авторы концепции прайвеси в 1890 г. просто не могли себе представить.

Неполноценность права на прайвеси для защиты личной жизни человека становится особо очевидной на фоне тех трагических событий, которые вошли в историю под названием Большой голод в СССР. Эти события получили своё всестороннее отражение в специальной резолюции Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ) от 29 апреля 2010 г., в которой отмечалось: «Существовавший в СССР тоталитарный сталинский режим привел к ужасающим нарушениям прав человека, лишившим миллионы людей их права на жизнь…  миллионы ни в чем не повинных людей в Белоруссии, Казахстане, Молдавии, России и Украине,  входивших тогда в состав СССР, лишили жизни в результате массового голода, вызванного жестокими преднамеренными действиями и политикой советского режима». Вместе с тем, подобная бесчеловечная практика  вполне укладывалась в прокрустово ложе права на  прайвеси, ибо тоталитарное государство в полном соответствии с его концепцией предоставило своим гражданам в абсолютном уединении и в их же собственном жилище «право выбора»: либо безропотно встретить голодную смерть, либо самым варварским образом предаться каннибализму.  Один из случаев последнего привёл в своих мемуарах глава советской империи Н.С. Хрущев (1894-1971). В частности, он цитировал выдержку из письма одного из партийных функционеров УССР А.И. Кириченко, свидетельствовавшего об ужасном событии, очевидцем которого он невольно стал во время массового голода 1946-1947 гг.: «Я увидел ужасную сцену. Женщина положила трупик своего ребёнка на стол и разрезала его на ­куски. Она безумолчно говорила, когда это делала: «Мы уже съели Манеч­ку. Теперь засолим Ваничку. Это поддержит нас некоторое время». Можете Вы себе это представить? Женщина сошла с ума на почве голода и разрубила своих собственных детей на куски!». А ведь подобные эксцессы проявления животного образа жизни обрели массовый характер.

Досконально изучив историю этой трагедии, один из современных украинских историков пришёл к удручающему выводу: «Явление каннибализма во время Голодомора приобрело в Украине угрожающие масштабы. Осмеливаюсь утверждать, что такого массового людоедства не знала ни одна страна, ни один народ за всю историю существования человеческой цивилизации. Судите сами: в Украине десятки тысяч населённых пунктов, и в каждом из них были каннибалы, в каждом зафиксированы десятки фактов людоедства» (газета «Факты» от 21.11.2008 г.). Таким образом, право на прайвеси в его классическом виде в условиях советской лагерной империи превращается в свою полную противоположность: в возможность государства оставлять людей на произвол злого рока судьбы.

Надо признать, что Большой голод в СССР не имел бы таких масштабных трагических последствий, если бы в процессе проведения политики реквизиции продуктов питания не принимали самое активное участие односельчане тех, кто пал  жертвой этой варварской кампании. За мзду в размере 10-15% от изъятого продовольствия они неистово предались порочной страсти строчить доносы на своих соседей в карательные органы большевистской державы. В одном из исследований массового голода в УССР приводился случай, когда  глава семьи зарезал телёнка, а половину отдал соседу дабы избежать неминуемого доноса. Сосед мясо взял, но всё равно донёс. Это, видимо, тот нередкий случай, когда сердцу не прикажешь, против натуры не пойдёшь. О распространённости именно такой «натуры» в СССР косвенно свидетельствует число погибших мучительной смертью от голода. Известно также, что многие учителя сельских средних школ за такую же мзду выуживали у своих малолетних учеников информацию о запасах продуктов питания в их семьях, обрекая тем самым последних на неминуемую голодную смерть либо на возможный каннибализм со стороны взрослых.

В порядке ремарки необходимо отметить, что, по всей видимости, именно из среды сельских доносчиков и каннибалов со временем стали активно рекрутироваться ряды партийной, комсомольской и государственной  номенклатуры советской империи, поскольку ничем иным невозможно объяснить ту жестокость, с которой в дальнейшем попирались права человека на территории этой державы. Надо думать, далеко неслучайно многолетний узник советских концентрационных лагерей Е.А. Керсновская в своей книге «Сколько стоит человек» отмечала: «Поистине, в те годы вся страна была сплошная тюрьма, где нельзя было разобраться, где палачи, где жертвы и, где будущие палачи и будущие жертвы». Не менее категорично на сей счёт высказалась и другая жертва лагерной империи Е.С. Гинзбург, которая в своей книге «Крутой маршрут», в частности, писала, что «окончательно привыкла к мысли, что все люди, с которыми я сталкиваюсь за последние три года, если только они не заключенные, хотят одного: мучить и убивать». 

По сути, советская номенклатура превратилась в одного сплошного коллективного «каннибала» по отношению к остальному населению державы. При этом бросается в глаза та преемственность, которая наблюдается между политикой по реквизиции продуктов питания у своих односельчан в период «Большого голода» и политикой конфискации общенародной собственности в период «Большой приватизации» после распада СССР, инициатором и активным участником которой выступила пресловутая номенклатура. Конфискация общенародной собственности под эвфемизмом приватизации государственного имущества стала одним из самых циничных посягательств на неприкосновенность личной и семейной жизни бывших граждан СССР, поскольку обрекла подавляющее большинство из них на абсолютную нищету в условиях «независимых» от каких-либо нравственных, правовых ценностей новоявленных коррумпированных, мафиозных государств. Анализу нравственного и интеллектуального облика советской номенклатуры была посвящена одноимённая книга доктора исторических наук М.С. Восленского (1920-1997) «Номенклатура». Судя по её выводам всё самое подлое, что когда-либо было присуще человеческой природе, нашло своё воплощение в этом социальном слое. В общем у известного советского правозащитника, генерала П.Г. Григоренко были все основания заклеймить последних эпитетами: «Бандиты! Гангстеры! Мафия!».

В конце концов право на прайвеси по сути продемонстрировало полную недееспособность в деле защиты человека в условиях тоталитарного режима. Учитывая порочную практику соответствующих держав, творцы Всеобщей декларации прав человека не пошли на поводу у авторов концепции прайвеси, а сочли необходимым сформулировать соответствующее право в несравненно более категоричной и недвусмысленной редакции: «Никто не может подвергаться произвольному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным посягательствам на неприкосновенность его жилища, тайну его корреспонденции или на его честь и репутацию» (статья 12). На этом фоне представляется неким шагом назад та редакция, которую предпочли авторы Международного пакта о гражданских и политических правах: «Никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию» (часть 1 статьи 17). Указание на незаконность в качестве одного из критериев возможного нарушения комментируемого права, видимо, стало уступкой авторитарным державам с целью добиться их присоединения к указанному  Пакту. Вряд ли при этом для авторов последнего было большим секретом, что в этих странах господствует неправедное, неправомерное, неправовое законодательство (квазизаконодательство),  которое как раз и предоставляло государству формальные основания для посягательства на объект защиты  комментируемого права.  

Одному из самых ярких в истории государства и права примеров злоупотребления подобным квазизаконодательством посвящена книга А.И. Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ». Однако, наиболее показательным являлось злостное манипулирование знаменитой статьёй 58 УК РСФСР (54 УК УССР). В частности, автор писал: «Некий поляк родился в Лемберге, когда тот был в составе Австро-Венгерской империи. До Второй Мировой войны жил в своём родном городе в Польше, потом переехал в Австрию, там служил, там в 1945 и арестован нашими. Он получил десятку по статье 54-1-а украинского Кодекса, то есть за измену своей родинеУкраине! — так как ведь город Лемберг стал к тому времени украинским Львовом! И бедняга не мог доказать на следствии, что уехал в Вену не с целью изменить Украине! Так он иссобачился стать предателем… Где закон — там и преступление… Булатная сталь 58-й статьи… была применена в атаке Закона на Народ в 1937-38 годах…  В разные годы и десятилетия следствие по 58-й статье почти никогда и не было выяснением истины».

Разумеется, что державы с авторитарным режимом не упустили возможность воспользоваться оговоркой о наличии «законности» для продолжения осуществления своей репрессивной деятельности по отношению к людям, которые в первую очередь боролись за права человека. О последнем свидетельствует многолетняя борьба советских правозащитников в составе специально созданной для этого 12 мая 1976 г. организации - Московской Хельсинкской группы (Московской группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений).   Во многом благодаря неустанной деятельности советских правозащитников Комитет по правам человека ООН вынужден был в замечаниях общего порядка № 16 (32) по статье 17 за 1988 г. дать специальное разъяснение по применению этой статьи Пакта: «Термин "незаконное" означает, что вмешательство вообще не может иметь места за исключением случаев, предусмотренных законом. Вмешательство, разрешаемое государствами, может совершаться только на основании закона, который должен в свою очередь соответствовать положениям, целям и задачам Пакта… Выражение "произвольное вмешательство" также связано с защитой права, предусмотренного в статье 17. По мнению Комитета, выражение "произвольное вмешательство" может также распространяться на допускаемое законом вмешательство. Введение понятия произвольности призвано обеспечить, чтобы даже вмешательство, допускаемое законом, соответствовало положениям, целям и задачам Пакта и в любом случае являлось обоснованным в конкретных обстоятельствах». Однако, разъяснение Комитета ООН – это не международный договор, обязательный для исполнения. Посему грубейшее нарушение прав человека в СССР со ссылками на действующее законодательство продолжалось вплоть до его окончательного  распада в 1991 г.

Но, если комментируемое право в формулировке указанного Пакта можно счесть всего лишь шагом назад по сравнению с редакцией Всеобщей декларации прав человека, то его определение в статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод: «Каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции» можно сравнить с явным откатом вспять перед лицом  авторитарных держав (или как их ещё ныне именуют: коррумпированных, мафиозных государств). Так в фундаментальной монографии  «Европейское право в области прав человека: практика и комментарии» отмечалось, что «выбор такой формулировки явно свидетельствует о намерении авторов  {Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод} сохранить за договаривающимися государствами достаточную свободу действий по регулированию личных и семейных отношений. Этот вывод подкрепляется историей разработки статьи 8… Существующий текст свидетельствует и о сужении круга проблем, затронутых в статье 12 Всеобщей декларации».  Сохранение со стороны указанной Конвенции за коррумпированными, мафиозными государствами «достаточной свободы действий» по отношению к комментируемому праву обернулось для их граждан невозможностью получить соответствующую защиту со стороны не только своих национальных судов, но и Европейского суда по правам человека, который понятие личной жизни стал толковать преимущественно на материалах дел, возбуждённых по заявлениям гомосексуалистов и транссексуалов /дело Dudgeon v UK (1981); дело Norris v Ireland (1988); дело Modinos v Cyprus (1993); дело B. v France (1992); дело I. v  UK (2002) и другие/.

Поэтому в настоящей работе содержание комментируемого права  толкуется в соответствии с буквой Всеобщей декларации прав человека и духом Международного пакта о гражданских и политических правах.

Перед тем, однако, как дать дефиницию комментируемого права необходимо уяснить себе суть составляющих его понятий. В настоящей работе они получили следующие определения:

     Личная жизнь – бытие индивидуума, в процессе которого  проявляется его человеческое достоинство.

Из этого определения со всей очевидностью вытекает, что личная жизнь человека не должна загоняться в «гетто» интимной, бытовой, домашней сферы его бытия, поскольку человеческое достоинство подлежит защите на всех этапах его жизнедеятельности и не может искусственно, по воле законодателя, ограничиваться упомянутой довольно-таки узкой сферой его индивидуального бытия.

    Семейная жизнь – сфера личной жизни людей, которую они  осуществляют совместно в качестве де-факто или де-юре  супругов,  родителей и детей.

В контексте данной работы семейная жизнь человека рассматривается в качестве разновидности его личной жизни, ибо всякое посягательство на неприкосновенность семейной жизни является одновременно и нарушением права на неприкосновенность личной. Вместе с тем, отнюдь, далеко не всякое посягательство на неприкосновенность личной жизни является одновременно покушением на неприкосновенность семейной. Поэтому далее речь преимущественно будет идти о неприкосновенности личной жизни.

      Жилище – автономное место, в котором индивидуум предпочитает проводить свою личную жизнь.

В качестве такового могут выступать: принадлежащие соответствующему человеку на праве частной собственности квартира, дом, хижина, палатка, шалаш, водный, воздушный, железнодорожный, автомобильный, гужевой транспорт; в случае длящегося индивидуального пользования помещения в объектах, не принадлежащих на праве частной собственности, например: служебная квартира и служебный кабинет по месту осуществления профессиональной деятельности; каюта, кабина, купе на транспорте; номер в отеле, мотеле, санатории, доме отдыха и другие аналогичные помещения. Определение длящегося характера пользования последними – прерогатива судебной практики.

     Коммуникации – средства и процесс обмена информацией между людьми, который они осуществляют на протяжении своей личной жизни. При этом необходимо оговориться, что понятие корреспонденция, упоминаемое в статье 12 Всеобщей декларации прав человека, с точки зрения потребностей в защите основных прав с течением времени значительно устарело. Поэтому в редакции комментируемого права намеренно используется понятие, которое нашло своё отражение в статье 7 Хартии ЕС об основных правах (Ницца, 2000): «Каждый человек имеет право на уважение своей частной и семейной жизни, своего жилья и своих коммуникаций». Соответственно, в качестве коммуникаций могут выступать: личные записки, дневники, рисунки, стихи, фотографии; письма и телеграммы, телефонограммы и радиограммы; голубиная почта; посылки и бандероли; общение по телефону и скайпу; факсы и телекс-послания; электронная почта и прочее.

При этом честь и репутация человека рассматриваются в качестве категорий, неотъемлемых от понятия человеческого достоинства, а потому и не требующих отдельного внимания в свете данной концепции.

      Неприкосновенность в контексте комментируемого права означает запрет какого-либо непосредственного либо опосредованного воздействия на личную жизнь человека, на проникновение в его жилище или посягательство на его коммуникации против его доброй воли.

Следует отличать право на жизнь человека в качестве индивида от его права на неприкосновенность личной жизни в качестве индивидуальности. Первое предстает перед нами в виде права на биологическое существование индивида, в процессе которого он, подчас, ничем не отличается от животного, например, в утробе матери, в коме, в летаргическом сне,  в состоянии полной невменяемости, тяжкого наркотического или алкогольного опьянения, при котором отсутствует какое-либо проявление личностного начала. Второе же осуществляется, - преимущественно, - в процессе его социального самовыражения, самоутверждения и самоопределения в качестве личности. Посягательство на первое заключается в таком внешнем силовом воздействии на процесс его биологического существования, которое способно раз и навсегда оборвать его жизнь. В то время как покушение на второе заключается в таком воздействии на процесс социального бытия (жизнедеятельности) индивидуума, которое способно прервать, создать некие препятствия, помехи для его дальнейшего самовыражения, самоутверждения и самоопределения в качестве личности.

Всякое нарушение права на жизнь, несомненно, является одновременно и нарушением комментируемого права. Но не всякое нарушение последнего приводит к нарушению права на жизнь.

Всякое посягательство на личную неприкосновенность человека одновременно является и нарушением неприкосновенности его личной жизни. Но не всякое посягательство на последнее является нарушением его личной неприкосновенности. Посягательство на личную неприкосновенность индивидуума предполагает прямое, непосредственное воздействие на его тело или психику, а посягательство на его личную жизнь – воздействие на процесс его социального бытия (жизнедеятельности).

Всякое посягательство на неприкосновенность жилища и коммуникаций (тайну корреспонденции) является одновременно нарушением неприкосновенности личной жизни. Но не всякое посягательство на последнее является одновременно нарушением неприкосновенности жилища и коммуникаций.

Таким образом, неприкосновенность личной жизни человека по своему объёму и содержанию охватывает неприкосновенность жилища и коммуникаций, которые по этой причине подлежат защите в качестве её неотъемлемых составляющих. Поэтому комментируемое право вполне могло бы получить более лаконичную редакцию: право на неприкосновенность личной жизни. Защита оного уже само по себе предполагает защиту неприкосновенности семейной жизни, жилища и коммуникаций, чести и репутации.

Системный анализ приведенных в данной работе правовых актов и примеров позволяет дать следующее определение комментируемого права.

    Под  правом на неприкосновенность личной жизни в настоящей работе понимается основанное на Международном билле о правах человека требование к государству, институтам международного сообщества обеспечить защиту социального бытия индивидуума, в процессе которого осуществляется его человеческое достоинство.

По общепринятой классификации это право относится к категории гражданских (личных), относительных, негативных прав первого поколения.     

Личная жизнь человека начинается с момента обретения им человеческого достоинства и завершается его смертью.  Практически всё, что происходит с человеком в пределах этих рубежей можно смело именовать его личной жизнью. По этой причине она продолжается и во время исполнения индивидуумом своей профессиональной деятельности, а также многообразных обязанностей перед работодателем или государством. Иными словами, где бы человек ни находился и чтобы не делал, то ли на рабочем месте, при исполнении воинского долга либо в процессе отбывания уголовно-правовых наказаний, его личная жизнь вовсе не прерывается, а лишь отягощается, обременяется, осложняется различными привходящими обстоятельствами и обязательствами. В таком случае, разумеется, защита индивидуума со стороны комментируемого права значительно осложняется, но не исключается. Поэтому так важно сформулировать критерии, на основании которых должна быть обеспечена неприкосновенность личной жизни человека, невзирая на сопутствующее исполнение им различных обязанностей перед другими (физическими или юридическими) лицами, включая государство. Таким критерием, несомненно, является человеческое достоинство. Такую позицию занял Федеральный Конституционный суд Германии. В частности, в решении от 21 июня 1977 г. указанно: «В основе представления людей, как духовно нравственная сущность, лежит возможность самоопределяться и развиваться в пространстве свободы. Эту свободу Основной закон понимает не как таковой себе изолированный и самовластный, а как общественно связанный и общественно зависимый элемент. Она не может быть в отношении её общественной связанности «принципиально не ограниченной». Индивид должен соблюдать те ограничения свободы поведения, которые законодатель устанавливает в рамках защиты социальной совместной жизни; хотя самостоятельность индивидууму все же должна предоставляться. Это значит, что в обществе принципиально каждый индивид должен признаваться как равноправный член с собственным значением, а не как «голый объект» в государстве, что противоречит достоинству человека. Принцип: «человек должен оставаться всегда целью для самого себя (иметь собственную ценность)», имеет значение для всех областей права. Достоинство, неотъемлемое от человека как личности, состоит в том, что он как индивид всегда признается ответственным за свои действия». В связи с этим необходимо ещё раз оговориться, что невозможно согласиться с позицией тех правоведов, которые ограничивают понятие личной жизни человека лишь  интимной, бытовой стороной его бытия, большей частью скрытой от посторонних глаз, лишая тем самым защиты человеческое достоинство, которое находит своё проявление в той части личной жизни индивидуума, которая протекает на глазах у других людей. 

Наибольшими угрозами праву на неприкосновенность личной жизни человека являются: неправедное изъятие продуктов питания, жилища и других видов собственности; нарушение процесса игровой, творческой, учебной, профессиональной и иной деятельности; натравливание людей друг на друга по расовым, этническим, религиозным, лингвистическим и другим мотивам;  вторжение, обыск, а также  установление средств прослушивания и видеонаблюдения в жилище; прослушивание средств связи; установление слежки, видеонаблюдения и сбор информации; перлюстрация корреспонденции, перехват сообщений и прочие подобного рода действия.

Одним из самых характерных способов нарушения права на личную жизнь в советской империи были доносы её подданных друг на друга.  Некоторые примеры из оного нашли своё отражение в книге «Архипелаг ГУЛАГ».  Её автор, в частности, обратил внимание на следующие:

      «водопроводчик выключал в своей комнате репродуктор всякий раз, как передавались бесконечные письма Сталину…  Сосед донёс (о, где теперь этот сосед?), СОЭ, социально-опасный элемент, 8 лет… 

       - полуграмотный печник любил в свободное время расписываться — это возвышало его перед самим собой. Бумаги чистой не было, он расписывался на газетах. Его газету с росчерками по лику Отца и Учителя соседи обнаружили в мешочке в коммунальной уборной. АСА, антисоветская агитация, 10 лет…  

       Рак души развивается скрыто и поражает именно ту её часть, где ждёшь благодарности. Фёдор Перегуд вспоил и вскормил Мишу Иванова: ему негде было работать — он устроил его на тамбовском вагоноремонтном заводе и обучил делу; ему жить было негде — он поселил его у себя как родного. И Михаил Дмитриевич Иванов подаёт заявление в НКВД, что Фёдор Перегуд за домашним столом хвалил немецкую технику… Пришли брать Перегуда — прихватили в тюрьму и 14-летнюю дочь, — и всё это на счету М.Д. Иванова!».

Пример подобного поведения привела в своих мемуарах и Керсновская. В частности, она поведала о злоключениях одной из своих сокамерниц - монашки: «Будучи совсем одинокой, она лет пятнадцать тому назад взяла на воспитание девочку-сиротку. – Думала: взращу ее, всякому рукоделию обучу… Всему обучила я эту девочку, как дочку свою богоданную!...  то тут я и подумала: «Слава тебе, Господу Животворящему, что сподобил меня вырастить дитё, чтоб на старости лет не остаться одинокой! Выйдет Варя замуж – брошу я работу в артели, буду ее хозяйство вести, внуков богоданных растить». А вышло, что я не дочь, а змею подколодную на груди своей пригрела. Донесла она на меня, что по ночам работаю – стегаю одеяла. Сама привела милицию, сама в свидетели обвинения напросилась. Но очной ставке так и говорила: «У этой старухи все ее поступки, все мысли и слова – все против советской власти, советских законов. Потому что она монашка и советскую власть ненавидит!»».

Отметим при этом, что этих «простых» советских людей никто за язык не тянул и их рукой никто не водил, просто их душа и рука сами неистребимо тянулись к доносам. Как тут ещё раз не помянуть печальное свидетельство многолетнего узника советских концентрационных лагерей В.Т Шаламова про «неудержимую склонность русского человека к доносу, к жалобе». Приведенное лишний раз подтверждает ранее уже сделанный вывод о том, что тоталитарный режим в СССР сформировался в процессе массового воплощения в жизнь тех устойчивых стереотипов поведения, которые были наиболее характерны для подавляющего большинства населения бывшей Российской империи.

Произведения творческой деятельности (книги, картины, эскизы, кинофильмы, ноты, статьи, лекции, проповеди и тому подобное) являются органическим продолжением, неотъемлемой частью личной жизни их авторов. Соответственно, их изъятие, разнообразные запреты и прочее подобного рода надругательство над достоинством творцов является одной из грубейших форм посягательства на неприкосновенность их личной жизни.

Весьма характерным примером подобного посягательства стал и эпизод, связанный с передачей участником Второй мировой войны, писателем В.С. Гроссманом (1905-1964) в редакцию журнала «Знамя» рукописи его романа «Жизнь и судьба». Главный редактор этого журнала вместо литературной критики предпочёл передать рукопись в руки КГБ СССР,  сотрудники которого в феврале 1961 г. конфисковали все черновики  этой книги, чем нанесли непоправимый ущерб личной жизни писателя. Ошеломлённый этой варварской акцией Гроссман вынужден был обратиться с письмом на имя главы советской державы, в котором, в частности, писал: «В середине февраля 1961 года сотрудники Комитета Государственной Безопасности, предъявив мне ордер на обыск, изъяли оставшиеся у меня дома экземпляры и черновики рукописи «Жизнь и судьба»… Я писал в своей книге то, что считал и продолжаю считать правдой, писал лишь то, что продумал, прочувствовал, перестрадал… Тем для меня ужасней, что книга моя насильственно изъята, отнята у меня. Эта книга мне так же дорога, как отцу дороги его честные дети. Отнять у меня книгу это то же, что отнять у отца его детище…  Я по-прежнему считаю, что написал правду, что писал я ее, любя и жалея людей, веря в людей. Я прошу свободы моей книге». В качестве единственной официальной реакции на этот крик раненной души писателя стало суждение  одного из руководителей СССР М.А. Суслова, который при личной встрече с автором «обрадовал» его уверением, что роман увидит свет не ранее, чем через 200-300 лет. Как известно, советская империя распалась в десять раз быстрее, а роман сей разошёлся по всему миру невиданными тиражами и некоторыми британскими литературоведами даже был признан «лучшим романом ХХ века».  Вся эта эпопея, однако, настолько потрясла душу писателя, что спустя короткое время свела его в могилу.

О том, какую роль в личной жизни писателя имеют его книги, свидетельствует и трагический эпизод самоубийства секретаря Солженицына  Е.Д. Воронянской, которую сотрудники  КГБ СССР вынудили сообщить о местонахождении одного из экземпляров рукописи книги «Архипелаг ГУЛАГ». Осознав какой удар тем самым был нанесён по сердцу писателя, она  23 августа 1973 г. покончила с собой. Когда режиссёру киноленты «Тени забытых предков» С.И. Параджанову (1924-1990) запретили снимать фильмы, он воскликнул в сердцах: «Меня убили, запретив снимать». Ещё более драматически сложилась творческая биография режиссёра А.Я. Аскольдова, который после создания своей дипломной работы - фильма «Комиссар» (1967 г.) - был уволен со студии и лишён даже видимой перспективы в дальнейшем снимать художественные фильмы. Его фильм пролежал на полке более 20 лет. Увидев свет в 1988 г. он сразу же стал лауреатом нескольких международных премий, но личной жизни режиссёра был причинён непоправимый урон.

Весьма распространёнными способами посягательства на неприкосновенность личной жизни граждан СССР были инспирированные советской охранкой случаи увольнения с работы, отказ в приёме на работу,  освобождение от должности, лишение научных званий, исключение из творческих союзов, коллегии адвокатов по политическим, этническим и религиозным причинам. Например, в ту эпоху по политическим мотивам были исключены из Союза писателей СССР лауреаты Нобелевской премии по литературе Б.Л. Пастернак (1890-1960) и А.И. Солженицын (1918-2008), а также поэт, драматург и бард А.А. Галич (1918-1977), уволены с работы правозащитник, автор знаменитого эссе  «Просуществует ли Советский Союз до 1984 года?» А.А. Амальрик (1938-1980), а также правозащитник, будущий 1-й Уполномоченный по правам человека Российской Федерации (1994-1995)  С.А. Ковалёв, исключена из Московской городской коллегии адвокатов, защитник по уголовным делам многих известных советских диссидентов, автор книги «Записки адвоката»  Д.И. Каминская (1919-2006). В этом же ряду стоит освобождение от должности заведующего кафедры логики МГУ и лишение звания профессора за публикацию в Швейцарии книги «Зияющие высоты» доктора философских наук А.А. Зиновьева (1922-2006), а также освобождение от должности заведующего кафедрой гражданского права юридического факультета ЛГУ и лишение звания профессора одного из самых именитых советских правоведов,  доктора юридических наук О.С. Иоффе (1920-2005)  за то, что его дочь эмигрировала в США.

Наиболее брутальные примеры посягательства на семейную жизнь в тоталитарной державе также нашли своё отражение в книге «Архипелаг ГУЛАГ». Её автор, в частности, привёл следующие: «Один из тех татар-извозчиков выдержал все пытки: золота нет! Тогда посадили и жену, и её мучили, татарин своё: золота нет! Посадили и дочь — не выдержал татарин, сдал сто тысяч рублей. Тогда семью выпустили, а ему врезали срок…     Игра на привязанности к близким — прекрасно работает и с подследственным. Это даже самое действенное из запугиваний, на привязанности к близким можно сломить бесстрашного человека (о, как это провидено: «враги человеку домашние его»!). Помните того татарина, который всё выдержал - и свои муки, и женины, а муки дочернии не выдержал?.. В 1930 следовательница Рималис угрожала так: «Арестуем вашу дочь и посадим в камеру с сифилитичками!». Угрожают посадить всех, кого вы любите. Иногда со звуковым сопровождением: твоя жена уже посажена, но дальнейшая её судьба зависит от твоей искренности. Вот её допрашивают в соседней комнате, слушай! И действительно, за стеной женский плач и визг (а ведь они все похожи друг на друга, да ещё через стену, да и ты-то взвинчен, ты же не в состоянии эксперта; иногда это просто проигрывают пластинку с голосом «типовой жены» — сопрано или контральто, чьё-то рацпредложение). Но вот уже без подделки тебе показывают через стеклянную дверь, как она идёт безмолвная, горестно опустив голову, — да! твоя жена! по коридорам госбезопасности! ты погубил её своим упрямством! она уже арестована! (А её просто вызвали по повестке для какой-то пустячной процедуры, в уговоренную минуту пустили по коридору, но велели: головы не подымайте, иначе отсюда не выйдете!)…».

Солженицын много внимания в своей книге уделил отношению советских граждан к беде их знакомых и друзей. Один из примеров оного имеет прямое отношение к нашей теме. В частности, автор поведал: «Одну семью арестованного москвича в 1937 — мать с ребятишками, милиционеры повезли на вокзал — ссылать. И вдруг, когда вокзал проходили, мальчишка (лет восьми) исчез. Милиционеры искрутились, найти не могли. Сослали семью без этого мальчишки. Оказывается, он нырнул под красную ткань, обматывающую высокую разножку под бюстом Сталина, и так просидел, пока миновала опасность. Потом вернулся домой — квартира опечатана. Он к соседям, он к знакомым, он к друзьям папы и мамы — и не только никто не принял этого мальчика в семью, но ночевать не оставили! И он сдался в детдом... Современники! Соотечественники! Узнаёте ли вы свою харю?». Здесь уместно отметить, что подлость граждан той или иной державы друг к другу в качестве самостоятельного феномена общественной жизни оказывает прямое разрушительное воздействие на личную жизнь людей, над головой которых разразилась беда. Видимо, это и есть тот случай, когда пришла беда, открывай ворота…

Не менее потрясающий пример посягательства на семейную жизнь человека поведала в упомянутой книге Е.А. Керсновская. В частности, она с ужасом описывала события, последовавшие сразу же после оккупации 28 июня 1940 г. вооруженными силами СССР части Румынии, когда её, как и множество других жителей Бессарабии, насильственно депортировали в Сибирь в вагонах для скота. В них в вповалку лежали, «цепляясь за кое-какой скарб, женщины, мужчины, дети…, где в стене прорезано отверстие со вделанной в него деревянной трубкой, которая будет нашей первой пыткой – хуже голода и жажды, так как мучительно стыдно будет пользоваться на глазах у всех такого рода нужником. Пытка стыдом – первая пытка... А сколько их еще впереди! Человек умеет быть изобретательным, когда надо издеваться над себе подобными!». Далее она упомянула, что оказалась вынужденной прямо в телячьем вагоне принимать роды у женщины, мужу которой посчастливилось остаться в Румынии. За это его  многодетная семья… поплатилась выдворением с отчих мест в далекие края заснеженной России. Впервые столкнувшись со столь бесчеловечным отношением к людям она оставила потомкам яркую зарисовку увиденного: «Дети были изможденные, худые, в лохмотьях. Старший мальчик лет 14-15. Явный кретин: открытый рот, из которого течет слюна, бессмысленный взгляд, нечленораздельная речь... Кому нужно было отправлять в ссылку беременную женщину с такой оравой детей?…  Лишь поздно ночью вернулась я в свой вагон и до утра не могла уснуть. И не оттого, что трудно было спать, скорчившись в три погибели, под стон и плач человеческого стада… Нет, разум человеческий отказывается понимать! Ну пусть меня надо выслать… Но куда погнали беременную женщину с целым выводком чуть живых детей,  у которых и смены белья нет?! И – накануне родов! Сколько раз, наблюдая подобные сцены, я не могла избавиться от мысли, что смерть – далеко не самый жестокий выход из положения…  По какому признаку разрывали семьи, разлучали матерей с сыновьями, жен с мужьями, я и по сей день не пойму…  И – что уж совсем непонятно – забрали из нашего вагона женщину, бывшую помещицу из Хотинского уезда, оставив, однако, в вагоне трех ее детей. Старшей еще и пятнадцати лет не было, а младший мальчик 12-ти лет – эпилептик: припадки повторялись ежедневно по утрам. Были они очень тяжелые: мальчик бился с пеной у рта и закатившимися глазами, прикусывал язык, марался и мочился, а затем несколько часов лежал как труп. Бедные дети…  Нужно иметь каменное сердце, чтобы смеяться, видя, как рыдают жены, как заламывают руки матери... А они – те, кто освободил нас из-под гнета помещиков и капиталистов, – смотрели на них, хохотали и отпускали похабные шутки».  Многие из этих людей погибли по пути в Сибирь. Многие после прибытия на места, где их, естественно, никто не ждал с распростертыми объятиями. Подобные эксцессы, если ещё не хуже, сопровождали, практически, все эпопеи многочисленных депортаций народов на территории советской империи.

Особое распространение на её территории получило нарушение права на неприкосновенность личной жизни в виде репрессий, которые обрушивались на головы членов семьи и близких родственников, так называемых, «врагов народа». Типичным примером может служить трагическая судьба родственников 1-го заместителя наркома обороны, Маршала СССР М.Н. Тухачевского (1893-1937),  который был расстрелян на основании приговора Специального судебного присутствия Верховного Суда СССР от 11 июня 1937 г. Вслед за Тухачевским были репрессированы члены его семьи и ближайшие родственники: мать - отправлена в ссылку; жена - расстреляна; дочь - заключена в концентрационный лагерь; два брата - расстреляны; жена одного из братьев - заключена в концентрационный лагерь; первая сестра - заключена в концентрационный лагерь;  её муж - расстрелян;  вторая сестра с мужем -  заключены в концентрационный лагерь; третья сестра - заключена в концентрационный лагерь; её муж – расстрелян; их дочь - отправлена в ссылку; четвертая сестра - отправлена в ссылку. Вместе с Тухачевским были осуждены: командарм 1-го ранга И.П. Уборевич (1896-1937), командарм 1-го ранга И.Э. Якир (1896-1937), командарм 2-го ранга А.И. Корк (1887-1937), комкоры Б.М. Фельдман (1890-1937), Р.Б. Эйдеман (1895-1937), В.М. Примаков (1897-1937),  В.К. Путна (1893-1937), члены семей которых также пали жертвами разного рода репрессий. На основании решения Военной коллегии Верховного суда СССР от 31 января 1957 г. приговор в отношении этих военачальников был отменен, а дело производством прекращено за отсутствием состава преступления. Но отнятых или исковерканных личных жизней уже было не вернуть.  

Упомянутое предоставляет возможность во всём масштабе оценить непревзойденное значение права на неприкосновенность личной жизни в судьбе отдельных людей, народа и, одновременно, продемонстрировать до какой степени это право игнорировалось в большевистской державе.

Премьер-министр Великобритании Уильям Питт (1708-1778) утверждал: «Все королевские силы не властны над бедняком, если он находится в своей лачуге. Она может быть ветхой, ее крыша может трястись, ветер может продувать ее насквозь, грозы и ливни могут проникать внутрь - но не Король Англии. Все его силы не смеют переступить порог этого полуразрушенного жилища». Но та сфера человеческого бытия,  куда не вправе был заглядывать английский монарх, безраздельно попирал тоталитарный режим. В качестве примера оного уместно привести воспоминания Керсновской о событиях, последовавших после оккупации Бессарабии. В частности, она поведала о том, как бесцеремонно и в одночасье выселили их из родового гнезда. На подходе к отчему дому она неожиданно увидела свою мать, которая стояла в переднике, слегка запорошенном мукой и с одной «черной сумочкой» в руках.  «Теперь я поняла: нас выгнали… незваные гости (или, верней, бессердечные хозяева) уже расправлялись с дядей Борей и его семьей. Дяде Боре дали ведро для воды, буханку черного хлеба и велели уходить из отцовского дома, предварительно обшарив у всех карманы и отобрав деньги, часы и даже зажигалку и перочинный нож…  И вот еще раз – в последний раз! – переступила я порог своего дома...  Все, что было в доме ценного, было уже унесено... Я передала записку тому, кто назвался главным. Он долго читал, хотя там было всего полторы строчки… Я протянула руку и взяла со стола фотографию моего отца, сделанную в год моего рождения – 1907-й. – Разрешите взять карточку отца на память! Он взял ее у меня из рук, пристально на нее посмотрел, затем со смаком разорвал ее на четыре части и бросил на пол». Так рабоче-крестьянское государство утверждало права трудящихся на территории захваченной Бессарабии. Известно, что далеко не лучшим образом они укоренялись и на других территориях, оккупированных СССР после начала Второй мировой войны.

Несомненно, к ряду наиболее типичных примеров посягательства на неприкосновенность жилища относится установка сотрудниками КГБ СССР  оперативной техники для прослушивания разговоров в квартире и на даче четырежды  Героя Советского Союза, Маршала СССР, экс-министра обороны СССР Г.К. Жукова (1896-1974). Получив по результатам «прослушки» данные о том, что Жуков пишет мемуары, глава КГБ СССР отправил докладную записку на имя главы советской державы, в которой предлагал провести нелегальное проникновение в жилище прославленного военачальника с целью изучения текста будущей книги. В частности, главный чекист империи писал: «По имеющимся у нас данным, Жуков собирается вместе с семьей осенью выехать на юг в один из санаториев МО. В это время нами будут приняты меры к ознакомлению с написанной им частью воспоминаний». Нетрудно себе представить до какой степени соблюдались основные права простых граждан СССР, если жертвами полного презрения к ним становились государственные и военные деятели такого исторического масштаба, как Жуков.

В качестве одного из наиболее известных примеров посягательства на тайну корреспонденции следует привести случай с письмом  Солженицына, которое он отправил другу своей юности. В нём упоминалось слово «Пахан», под которым бдительное око военных цензоров заподозрило священный лик главы советской державы. Этого досужего мнения оказалось вполне достаточным для ареста 9 февраля 1945 г. самого Солженицына, а  22 апреля 1945 г. – и его корреспондента. В конечном  итоге  посягательство на тайну корреспонденции обернулось для обоих долгими годами пребывания в местах лишения свободы лагерной империи.  

Нарушение этого же права привело к трагическим последствиям для гениального поэта О.Э. Мандельштама (1891-1938). Поэтический дар сподвиг его на создание стихотворения «Кремлевский горец», который стал одной из самых знаменитых эпиграмм ХХ века на главу лагерной империи. Детская непосредственность, с которой он читал этот стих в дружеском кругу, сыграла с ним злую шутку. Автор гениальных стихов оказался жертвой автора банального доноса. С этого момента жизнь поэта покатилась под откос: 13 мая 1934 г. его арестовывают, затем ссылают, а 1 мая 1938 г. его ещё раз арестовывают и на этот раз отправляют туда, откуда он уже никогда не вернётся. На этих примерах легко убедиться какое подчас основополагающее значение для личной жизни (судьбы) человека имеет право на неприкосновенность его коммуникаций.  

Как уже упоминалось ранее основные права человека подлежат ограничению лишь на основании постулата, нашедшего своё воплощение в части  2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека, которая гласит: «При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе». При этом понятие «демократическое общество» получило своё толкование в таком примечательном акте,  как  Сиракузские принципы толкования  ограничений и отступлений от положений Международного пакта о гражданских и политических правах (сокращенно – «Сиракузские принципы»), авторы которого - авторитетные правоведы мира, собравшиеся в г. Сиракузы (Италия) в мае 1985 г. - сформулировали следующее положение: 

«19. Выражение  «в демократическом обществе» должно толковаться в смысле введения дополнительных условий для применения ограничения, к которому относится это требование.

 20. Государство, применяющее ограничения, обязано продемонстрировать, что эти ограничения не препятствуют демократическому функционированию общества.  

 21. Хотя единой модели демократического общества не существует, общество, которое признает и уважает права человека провозглашенные в Уставе Организации Объединенных Наций и во Всеобщей декларации прав человека, может рассматриваться как соответствующее этому определению».

Соответственно, ограничения основных прав человека, введённые на основании законодательных актов тех государств, которые отличаются господством тоталитарного или авторитарного режима либо которые по рейтингам международных организаций относятся к коррумпированным или мафиозным державам уже по определению не могут признаваться правомерными с точки зрения принципа верховенства права.

Право на неприкосновенность человеческого достоинства, на личную неприкосновенность, на неприкосновенность личной жизни самым непосредственным образом обеспечивают защиту человеческого достоинства в силу чего составляют, образно говоря, фундамент для всей пирамиды основных прав человека.  При этом право на свободу позволяет уберечь эту пирамиду от разрушительного воздействия пронзительных ветров и песчаных бурь политического произвола,  крайней формой которого является деспотический, тоталитарный режим. Безраздельное господство последнего на территории Российской империи не позволило даже начать возведение упомянутой пирамиды на её бескрайних просторах. Поэтому вся история СССР  - история повсеместного, тотального надругательства над основными правами человека и наиболее очевидным образом на неприкосновенность личной жизни. Личная жизнь человека неисчерпаема. Соответственно, комментируемое право весьма многомерно и многозначно. Оно становится доступным толкованию благодаря единому основанию для всех основных прав индивидуума - человеческому достоинству. В этом, однако, таится неподдельная проблема, поскольку постижение оного требует от всех сторон высокого уровня правовой культуры, которая по определению отсутствует, например, в коррумпированных и мафиозных державах. В этом случае правовая культура народа может формироваться только в условиях неуклонной, неистовой и повсеместной защиты людьми основных прав друг друга. Вот почему в нашем случае важнейшей институциональной предпосылкой обеспечения комментируемого права является наличие суда присяжных, а также возможность выборов и отзыва профессиональных судей непосредственно жителями соответствующих населённых пунктов. Лишь сформированная демократическим путём судебная власть способна обеспечить защиту основных прав человека.

      Приложение:

В постсоветской юридической литературе сложилась вполне определённая позиция при толковании данного права, с которой можно ознакомиться в комментариях различных авторов к части 1 статьи 23 Конституции Российской Федерации: «Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени» и, соответственно, части 1 статьи 32 Конституции Украины: «Никто не может подвергаться  вмешательству  в  его личную  и   семейную   жизнь,   кроме   случаев,  предусмотренных Конституцией Украины»:

«Частная жизнь (в некоторых правовых и литературных источниках - личная жизнь) представляет собой жизнедеятельность человека в особой сфере семейных, бытовых, личных, интимных отношении, не подлежащих контролю со стороны государства, общественных организаций, граждан; свободу уединения, размышления, вступления в контакты с другими людьми или воздержания от таких контактов; свободу высказываний и правомерных поступков вне сферы служебных отношений; тайну жилища, дневников, других личных записей, переписки, других почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, содержания телефонных и иных переговоров; тайну усыновления; гарантированную возможность доверить свои личные и семейные тайны священнику, врачу, адвокату, нотариусу без опасения их разглашения. «Неприкосновенность» и «тайна» - два понятия, характеризующие природу данного института…
 
Субъектом права на неприкосновенность частной жизни, охрану личных и семейных тайн является любой человек, в том числе несовершеннолетний и душевнобольной. Это право может быть на законных основаниях ограничено в отношении лиц, задержанных, арестованных и лишенных свободы, страдающих тяжкими инфекционными болезнями (при их обращении к врачу) и некоторых других категорий граждан…
В части первой статьи 23 предусмотрено также право на защиту своей чести и своего доброго имени (см.комментарий к статье 21). В связи с введением понятия «доброе имя» следует отметить, что не каждый человек имеет добрую репутацию. Несмотря на это, наличие у него права на доброе имя презюмируется, пока в установленном законом порядке не будет доказано обратное».
    
Комментарий Конституции Российской Федерации / под общей редакцией Б. Н. Топорнина, Ю. М. Батурина, Р. Г. Орехова. М., 1994.
 

«Право на неприкосновенность частной жизни означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.      Отношения между людьми в сфере личной жизни регулируются в основном нормами нравственности. Право на неприкосновенность частной жизни, на личную и семейную тайну как юридическая категория состоит из ряда правомочий, обеспечивающих гражданину возможность находиться вне службы, вне производственной обстановки в состоянии известной независимости от государства и общества, а также юридических гарантий невмешательства в реализацию этого права.

Право на частную жизнь выражается в свободе общения между людьми на неформальной основе в сферах семейной жизни, родственных и дружеских связей, интимных и других личных отношений, привязанностей, симпатий и антипатий. Образ мыслей, мировоззрение, увлечения и творчество также относятся к проявлениям частной жизни…

Неприкосновенность частной жизни означает запрет для государства, его органов и должностных лиц вмешиваться в личную жизнь граждан, право последних на свои личные и семейные тайны, наличие правовых механизмов и гарантий защиты своей чести и достоинства от всех посягательств на указанные социальные блага. От уровня гарантированности сохранения тайн личной жизни граждан зависят степень свободы личности в государстве, демократичность и гуманность существующего в нем политического режима».
      Постатейный комментарий к Конституции Российской Федерации /под ред. Л.А. Окунькова. М., 1994.

«Сфера личной жизни человека и те отношения, которые складываются в ней между людьми, лишь в незначительной степени регулируются нормами права (см., например: Семейный кодекс РФ). В большей же мере поведение людей в этой сфере определяется особенностями их психологии и существующими в обществе нравственными нормами. Это обусловлено не только трудностями формализации в нормах права межличностных отношений, строящихся на чувствах дружбы, любви, уважения, презрения и др., но и тем, что по самой своей природе человек, помимо публично значимой деятельности (государственная служба, участие в политической жизни и т.п.), существует как индивид, нуждающийся в определенной независимости от общества, государства, других людей.
Одной из гарантий такой независимости как раз и является право на неприкосновенность  частной жизни, на личную и семейную тайну.
 
Неприкосновенность частной жизни означает, что человек вправе строить свою жизнь в семье, в неформальном общении с друзьями и другими лицами таким образом, как он сам того желает. Он не может быть понужден к вступлению в брак или к его расторжению, к рождению ребенка, к общению с теми или иными людьми. Действующим правовым актам неизвестны существовавшие ранее ограничения возможностей контактов с гражданами иностранных государств или запрет на производство абортов…
Конституция гарантирует право на неприкосновенность частной жизни каждому, независимо от его гражданства, пола, возраста, иных свойств личности…
Положения Конституции о недопустимости проникновения и вмешательства в частную жизнь человека находят свое развитие в гарантировании ею сохранности личной и семейной тайны.
Понятия личной и семейной тайны тесно связаны между собой и во многом совпадают. Различия же между ними усматриваются в одном: если личная тайна непосредственно касается интересов лишь конкретного индивидуума, то семейная тайна затрагивает интересы нескольких лиц, находящихся друг с другом в отношениях, регулируемых Семейным кодексом…
С правом на неприкосновенность частной жизни тесно связано другое право человека - на защиту своей чести и доброго имени, т.е. таких элементов характеристики личности, которые, определяя право человека на почет, уважение, признание, являются основой его положения в обществе.
Из того обстоятельства, что оба вышеназванных права указаны в одной статье Конституции, не следует делать вывод, будто бы Конституция гарантирует защиту чести и доброго имени человека лишь в связи с тайной его частной жизни».
      Постатейный комментарий к Конституции Российской Федерации /под общ. ред. Ю.В. Кудрявцева. М., 1996.; Комментарий к Конституции Российской Федерации / под общ. ред. В.Д. Карповича. М., 2002.; Комментарий к Конституции Российской Федерации /под общ. ред. Л.В. Лазарева. М., 2009.

«Каждый имеет право на защиту от посягательств на частную жизнь. Данное право в принципе не предусмотрено для юридических лиц…
В качестве «частной жизни» защищается не определенный вид действий, а сфера, к которой могут быть отнесены любые обстоятельства и действия. Речь идёт, если исходить из известной формулировки судьи Верховного Суда США Брандейза, о «праве быть оставленным в покое – самом универсальном из всех прав, которое более всего ценят цивилизованные люди». Проблематичным представляется определение границ частной жизни, пользующейся особой защитой. Ни один человек не может существовать сам по себе, поэтому граница не может быть проведена там, где поведение отдельного лица затрагивает интересы других. Это подтверждает тот факт, что сексуальные отношения как раз могут потребовать защиты в качестве сферы частной жизни».

    Научно-практический комментарий к главе 2 Конституции Российской федерации «Права и свободы человека и гражданина»/ под ред. К.А. Экштайна. М., 2000.

«Одной из сторон личной неприкосновенности выступает неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны. В Конституции и законодательстве не содержится понятия частной жизни, подлежащей государственной охране. Под частной (личной) жизнью следует понимать все сферы жизни человека: семейную, бытовую, сферу общения, отношения к религии, внеслужебные занятия, увлечения, отдых и иные, которые сам человек не желает предавать гласности. Законодательство РФ охраняет тайну усыновления, тайну медицинского диагноза. На основании отдельных ведомственных актов подлежат повышенной охране тайна диагноза СПИДа и тайна психического заболевания. Сведения о частной жизни, личные, семейные тайны могут быть доверены священнику, врачу, адвокату, нотариусу без опасения их разглашения, поскольку эти лица несут юридическую (врач, нотариус), корпоративную (адвокат) или религиозную (священник) ответственность. Перечисленные лица, а также депутаты освобождаются от ответственности за отказ от дачи свидетельских показаний за неразглашение сведений, которые стали им известны в процессе профессиональной деятельности. Прокуроры, следователи, лица, производящие дознание, не имеют права разглашать любые сообщенные им сведения (например, об обстоятельствах уголовного дела). Обязанность охраны полученных от граждан сведений об имуществе и доходах возлагается на работников налоговых органов. За нарушение неприкосновенности частной жизни предусмотрена уголовная ответственность».
       Комментарий к Конституции Российской Федерации: Постатейный / автор Г.Д. Садовникова. М., 2006.

«Комментируемая статья регламентирует одно из личных конституционных прав человека. Все они имеют нечто общее в виде структуры института личных прав и свобод, предполагающей совокупность ряда элементов. Первый из них обеспечивает физическую неприкосновенность человека, второй - духовную неприкосновенность, а также его честь и достоинство, третий - это неприкосновенность частной и семейной жизни). Общей характеристикой всех личных прав является присутствие в их содержании такого важнейшего компонента, как "неприкосновенность".
Неприкосновенность означает, что отношения, возникающие в сфере частной жизни, не подвергаются интенсивному правовому регулированию. Баглай М.В. считает, что частную жизнь составляют те стороны личной жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других. Это своеобразный суверенитет личности, означающий неприкосновенность ее "среды обитания". Романовский Г.Б. полагает, что частная жизнь охватывает круг неформального общения, вынужденные связи (с адвокатами, врачами, нотариусами и т.д.), собственно внутренний мир человека (личные переживания, убеждения, быт, досуг, хобби, привычки, домашний уклад, симпатии), семейные связи, религиозные убеждения. С точки зрения ГК неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна рассматриваются как нематериальные блага (ст. 150), а одним из принципов гражданского законодательства является недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела (п. 1 ст. 1 ГК).
В Определении КС РФ от 09.06.2005 N 248-О содержится определение того, что из себя представляет право на неприкосновенность частной жизни: оно означает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера. В понятие "частная жизнь" включается та область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если она носит непротивоправный характер. Однако, как указал Европейский Суд по правам человека, "основная цель статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод состоит в защите отдельного лица от своевольного вмешательства государственных властей". Определяя меру наказания в виде лишения свободы за совершенное преступление, государство не оказывает самовольное вмешательство в частную жизнь гражданина, а лишь выполняет свою функцию по защите общественных интересов (постановление от 28.05.1985 "Абдулазис, Кабалес и Балкандали против Соединенного Королевства").
 
Право на неприкосновенность частной жизни с точки зрения его нормативного содержания означает неприкосновенность личных и семейных тайн, чести и доброго имени человека, а также тайны переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Все компоненты права на неприкосновенность частной жизни образуют, по мнению Петрухина И.Л., некое единство - комплексный правовой институт, состоящий из норм различных отраслей права. Неприкосновенность частной жизни - непрерывно поддерживаемое состояние, в котором реализуется правовой статус гражданина в этой сфере жизнедеятельности.
 
Если представить право на частную жизнь граждан как совокупность гарантированных им тайн, то среди них можно различать тайны личные (никому не доверенные) и тайны профессиональные (доверенные представителям определенных профессий для защиты прав и законных интересов граждан). В этом смысле к личным тайнам следовало бы отнести тайну творчества и общения, тайну семейных и интимных взаимоотношений, тайну жилища, дневников, личных бумаг, тайну почтово-телеграфной корреспонденции и телефонных переговоров. Профессиональные тайны - это медицинская тайна, тайна судебной защиты и представительства, тайна исповеди, тайна усыновления, тайна предварительного следствия, тайна нотариальных действий и записей актов гражданского состояния…
 
Создание и широкое применение компьютеризированных баз данных о гражданах государственными и частными организациями приводит к эволюции конституционного права на неприкосновенность частной жизни. Обнаруживаются новые аспекты частной жизни. Информационный аспект становится преобладающим, что означает постепенный переход защиты частной жизни путем признания конституционного права на информационную неприкосновенность. Данные, получаемые в ходе переписи населения, ведения налоговыми органами учета расходов частных лиц, данные регистрационного учета являются необходимыми мерами вторжения в сферу частной жизни. Все эти меры необходимо осуществлять в определенных публичных целях при условии государственных гарантий по защите конфиденциальности собранной информации.
 
Право на защиту информации о частной жизни (право на информационное самоопределение) не относится к классическим основным правам. Оно получило свое развитие в течение последних трех десятилетий, в основном в судебных процессах в странах Западной Европы. Вместе с ч. 1 ст. 23 Конституции, закрепляющей право каждого на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны, защиты своей чести и доброго имени, ст. 24 обосновывает притязание на информационное самоопределение. Право на информационное самоопределение в рамках основного права на неприкосновенность частной жизни охватывает личную информацию в той мере, в какой она не защищена тайной переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ч. 2 ст. 23 Конституции) или правом неприкосновенности жилища (ст. 25 Конституции)…
 
Конституционное право на защиту чести и доброго имени рассматривается Судом в качестве самостоятельного основного права (см. Определение КС РФ от 27.09.1995 N 69-О. Несмотря на то что право на неприкосновенность частной жизни предусмотрено в ч. 1 ст. 23 Конституции вместе с конституционным правом на защиту чести и доброго имени, нельзя полагать, что Конституция гарантирует защиту чести и доброго имени человека лишь в связи с охраной его частной жизни. Гарантией конституционного права на защиту чести и доброго имени является норма ст. 152 ГК.
 
В двух своих решениях - в Определении от 27.09.1995 N 69-О и Определении от 08.04.2003 N 157-О  - Конституционный Суд сформулировал правовую позицию, в силу которой реализация гражданами одних конституционных прав не должна блокировать осуществление других конституционных прав и, соответственно, реализация гражданином конституционного права на защиту чести и доброго имени не препятствует ему направлять сообщение о совершенном преступлении в порядке осуществления конституционного права на обращение в государственные органы, что и должны гарантировать суды общей юрисдикции».
     
Комментарий к Конституции Российской Федерации /под редакцией В.Д Зорькина, Л.В. Лазарева. М., 2009.

«Неприкосновенность частной жизни граждан - один из важнейших элементов правового статуса человека и гражданина.
Отношения между людьми в сфере личной жизни регулируются в основном нормами нравственности. Поэтому право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну состоит из целого ряда правомочий, обеспечивающих гражданину возможность находиться вне службы, вне производственной обстановки в состоянии известной независимости от государства и общества, а также юридических гарантий невмешательства в реализацию этого права. Право на частную жизнь выражается в свободе общения между людьми на неформальной основе в сферах семейной жизни, родственных и дружеских связей, интимных и других личных отношений. Образ мыслей, мировоззрение, увлечения и творчество также относятся к проявлениям частной жизни.
 
Право на неприкосновенность частной жизни - понятие многогранное. В современных условиях это право находит себя во многих жизненных проявлениях. Традиционны пространственная и вербально-чувственная формы выражения частной жизни. Пространственная включает в себя ограничение на вторжение в жилище, на рабочее место, свободу общения в общественных местах без наблюдения со стороны. Вербально-чувственная предполагает недопустимость вторжения в интимную жизнь, семейно-нравственные отношения…
Под неприкосновенностью частной жизни Конституция РФ и федеральное законодательство подразумевают невмешательство в частную жизнь, неприкосновенность личной и семейной тайны (тайны частной жизни). От уровня гарантированности сохранения тайн личной жизни граждан зависят степень свободы личности в государстве, демократичность и гуманность существующего в нем политического режима.
 
Право на частную жизнь гарантируется такими конституционными и иными правовыми установлениями, как неприкосновенность жилища (ст. 25 Конституции РФ), право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, ограничение которого допускается только на основании судебного решения (ч. 2 ст. 23 Конституции РФ), право распоряжаться семейным бюджетом, личной собственностью и денежными вкладами, тайна которых гарантируется законом.
Неприкосновенность частной жизни означает запрет для государства, его органов и должностных лиц вмешиваться в личную жизнь граждан, наличие правовых механизмов и гарантий защиты от всех посягательств на личную жизнь, честь и репутацию.
 
В современный период с усилением роли информации в жизни каждого человека все больше исследователей специально выделяют информационную форму выражения частной жизни. Право на неприкосновенность частной жизни в информационном смысле означает неприкосновенность личной информации, любых конфиденциальных сведений о нем, которые человек предпочитает не предавать огласке.
Одной из конституционных гарантий неприкосновенности частной информационной жизни является конституционное положение о том, что сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (ч. 1 ст. 24 Конституции РФ). Право на неприкосновенность частной жизни предполагает предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера.
 
Европейский Суд по правам человека в одном из своих решений отметил, что хранение информации, относящейся к личной жизни лица, подпадает под действие п. 1 ст. 8 Конвенции. В этом отношении Суд подчеркивает, что термин "личная жизнь" не должен толковаться ограничительно.
 
В частности, уважение личной жизни должно также включать в себя определенную степень соблюдения права вступать и развивать отношения с другими людьми. Такое расширительное толкование согласуется с толкованием Конвенции Совета Европы о защите частных лиц в отношении автоматизированной обработки данных личного характера (вступившей в силу 1 октября 1985 г.), цель которой - "гарантировать... каждому частному лицу... соблюдение его прав и основных свобод, и особенно его права на личную жизнь в аспекте автоматизированной обработки данных личного характера" (ст. 1). Определение таких личных данных содержится в ст. 2: это "любая информация, относящаяся к физическому лицу, идентифицированному или которое может быть идентифицировано". Практика Европейского Суда по правам человека указывает на то, что концепция частной жизни намного шире, она выходит за рамки общепринятого научного определения, данного исследователями, в соответствии с которым под неприкосновенностью частной жизни понимается право быть "оставленным в покое", защищенным от общественности».
     Конституция Российской Федерации: доктринальный комментарий постатейный /под ред. Ю.А. Дмитриева. М., 2009.
 

«Частная жизнь - это те стороны личной жизни человека, которые он в силу своей свободы не желает делать достоянием других. Это - своеобразный суверенитет личности, означающий неприкосновенность его среды обитания. Презюмируется, что тайна в данном случае вовсе не прикрывает какую-то антиобщественную или противоправную деятельность. Она отражает естественное стремление каждого человека иметь собственный мир интимных и деловых интересов, скрытый от чужих глаз. "Неприкосновенность" и "тайна" - два понятия, характеризующие природу данного института. Следует различать тайны исключительно личные (никому не доверенные) и тайны профессиональные (личные тайны, доверенные представителям различных профессий - врачам, адвокатам, нотариусам, священникам). Субъекты профессиональных тайн несут юридическую или иную (например, религиозную) ответственность за их разглашение. Не всякая личная тайна является семейной. Не все, что человек сообщает врачу, адвокату, нотариусу, является его тайной, однако эти лица обязаны не разглашать любые сообщенные им сведения (например, об обстоятельствах уголовного дела). Вынужденная необходимость разглашения личных и семейных тайн, сведений о частной жизни граждан возникает в трех основных сферах: 1) в области борьбы с преступностью; 2) при защите здоровья граждан;3) в условиях объявления чрезвычайного и военного положения».

      Комментарий к Конституции Российской Федерации / автор Е.Ю.Бархатова. М., 2010.

«Гарантуючи невтручання в особисте й сімейне життя особи, держава забезпечує тим самим можливість з боку кожного контролювати інформацію про себе, про свою родину, припинити розголос небажаної інформації. Тобто у сфері особистого життя відносини між людьми та державаю будуються на принципах моральності. Гарантія невтручання в особисте і сімейне життя – це гарантія на особисту і сімейну таємницю, на забезпечення можливості перебувати у стані відносної незалежності від держави й суспільства. Посилання на те, що держава гарантує невтручання в особисте і сімейне життя особи крім випадкіх, передбаченних Конституцією України, цілком виправдане».

     Коментар до Конституції України. Київ, 1998.

«Повага до кожної людини має стати нормою повсякденного життя в Україні, а людина має бути єдиною абсолютною цінністю першого порядку, стосовно якої визначаються всі інші цінності. У будь-якому суспільстві права людини є чи не найважливішим інструментом, за допомогою якого регулюється правовий статус особи, визначаються способи і засоби впливу на неї, межі втручання в особисту сферу, встановлюються юридичні гарантії реалізації та захисту прав і свобод.
Особисте життя кожної людини гармонійно взаємодіє з її суспільним життям. У цьому обидві форми соціального існування людини неподільні й рівнозначні. Проте найбільш вразливим для можливих втручань є особисте жіття фізичної особи.  Конституційна норма закріплює неприпустимість втручання в особисте та сімейне життя фізичної особи. Винятки визначаються безпосередньо Конституцією України.
Розгалужену систему норм, спрямованих як на регулювання, так і охорону та захист особистих і немайнових прав фізичної особи, містить Цивільний кодекс України, де цим питанням присвяченна Книга друга. Саме в ЦКУ (зокрема, у ст. 301) закріплені чісленні гарантії недоторканності особистого життя…».

     Конституція України. Науково-практичний коментар. Харків, 2011.

Материалы этого раздела размещаются авторами самостоятельно в режиме свободной постановки. Редакция может не разделять позицию автора.

Уважаемые авторы! Просим вас не использовать сайт "Украинский выбор" для перепоста материалов с других источников и рекламы товаров и услуг. Благодарим за понимание и сотрудничество.
Комментарии (17)

Права НАРОДА имеют все преимущества перед ничтожными правами личности.
Не зацикливайтесь на теме, я-центричное мировоззрение свойственно детям, не взрослым.
Кто его перерос, переходят к антропоцентричному мировоззрению, типа партии зеленых.
Кто перерос и их, тот переходит к Богоцентризму, помогая Ему в строительстве на Земле Его Царства.

Есть сейчас более насущные темы, - главная из них - готовящаяся АГРЕССИЯ НАТО и захват Украины.
http://www.ruska-pravda.com/novosti/34-nv-politika/21623---------l-r.html

Роман С. | 28.07.2013 17:43

Тоді як автор цієї чи будь-якої іншої статті над чимось міркує, "бурлаки" (для мене це очевидно) - це звичайні ображені на світ офісні клерки, які своєму начальнику лижуть повсюдно, сказати щось йому поперек не здатні, зате коли вони виходять у форум, - це мінімум "македонські". Вибачте, підтошнює ...

А от Олександру Мучнику - повага за не публічну, але таку потрібну дослідницьку роботу!!!

Павло Бурлак | 29.07.2013 11:28

еще одна анонимная помесь бандерлога с сионистом...

Роман С. | 28.07.2013 17:37

Автор статті намагається вдумливо описувати необхідність системних перетворень через розуміння фундаменту - гідність людини і її місце в структурі прав і свобод громадян. Адже без гідності ми - пси. Ображені, оскаженілі, служиві, безхребетні пси.
Не ставлячи собі за мету (хіба що зовсім трішечки:)) переходити на персоналії, скажу, що завжди вистачало таких вузькопльоночних "бурлаків", які самі нічого конструктивного не приносять (не можуть просто, не судіть їх), але живучи по принципу паршивої гієни намагаються траванути життя тим, хто щось маленьке, але творить. Такі примітивні люди (навіть якщо в них по три дипломи вони мають право, повірте, носити статус "примітивних бурлаків":)) сіють сморід довкола. Тоді як автор цієї чи будь-якої іншої статті над чимось міркує, "бурлаки" (для мене це очевидно) - це звичайні ображені на світ офісні клерки, які своєму начальнику лижуть повсюдно, сказати щось йому поперек не здатні, зате коли вони виходять у форум, - це

Алексей Ловцов | 27.07.2013 18:49

Не знаю, как другим, но мне статья не очень понравилась. Нужно было ее разделить на две или даже три части, а то при прочтении заболели глаза.
Если рассматривать эту статью с точки зрения оптимизации, то это портянка. Поработайте, пожалуйста, над таким правилом, как "краткость - сестра таланта".

Спасибо автор, вы очень сильны в теории. А вот вопрос из практической плоскости. Есть, к примеру, у меня квартира во Львове, в доме дореволюционной постройки. Если, после вступления в Евросоюз, где-нибудь за границей найдутся потомки бывшего владельца этого дома, останется ли у меня и у членов моей семьи право на неприкосновенность личной и семейной жизни, жилища и коммуникаций? Если нет, почему? Неужели сейчас наше государство недостаточно правовое?

Уважаемый Александр,с 1 декабря 2009 г. на всей территории ЕС вступила в силу Хартия ЕС об основных правах. Статьи 7 и 17 оной, соответственно, гласят: "Каждый человек имеет право на уважение своей частной и семейной жизни, своего жилья и своих коммуникаций»; "Каждое лицо вправе иметь в своей собственности имущество, приобретенное на законных основаниях, пользоваться, распоряжаться им и завещать его. Никто не может быть лишен своей собственности, кроме как по соображениям общественной пользы, в случаях и на условиях, предусмотренных законом, и с выплатой в разумный срок справедливого возмещения за ее утрату". На мой взгляд, право собственности на квартиру в описанной Вами ситуации будет находиться под защитой указанных основных прав. Действие этой Хартии, соответственно, не может распространяться на правоотношения собственности, которые имели место до оккупации Львова вооруженными силами СССР.

Интересно, никогда еще не видел такого подробного разбора этой темы! Неприкосновенность, достоинство, право на индивидуальность, интимность,наконец возможность свободного самовыражения без внешнего насилия - это корневые вопросы, сам "фундамент" жизненных ценностей и установок каждого человека.

Интересно, никогда еще не видел такого подробного разбора этой темы! Неприкосновенность, достоинство, право на индивидуальность, интимность, ость свободного наконец возможность самовыражения без внешнего насилия - это корневые вопросы, сам "фундамент" жизненных ценностей и установок каждого человека.

Марина Ершова | 26.07.2013 21:50

Статья поднимает очень важную сторону жизни украинцев. Но вот что не доработано в наших законах, так это то, что мало просто дать права на проживание в собственном жилье, нужно еще и контролировать не мешает ли "проживание" некоторых личностей остальным гражданам. В нашем доме живет сумасшедшая бабушка, держит котов в квартире, штук 15. И с ней никто ничего не может сделать. У нее же права по Конституции на проживание, невозможность вмешательства в личную жизнь.

Уважаемая Марина, все основные права человека заканчиваются там, где начинаются права другого человека. Об этом идёт речь в части 2 статьи 29 Всеобщей декларации прав человека, которая гласит: «При осуществлении своих прав и свобод каждый человек должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом исключительно с целью обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других и удовлетворения справедливых требований морали, общественного порядка и общего благосостояния в демократическом обществе». Таким образом, пределы права на неприкосновенность личной жизни одного человека заканчиваются там, где начинается право на неприкосновенность личной жизни других людей. Это правило сформулировано также в статье 23 Конституции Украины. В описанном Вами случае необходимо обращаться в суд с соответствующим иском.

Борис Фролов | 26.07.2013 19:25

Особо про неприкосновенность жилища понравилось: у нас в палатке или шалаше просто не позволят жить хулиганы и любопытствующие, нет культуры понимания обособленности.

Валерий Скай | 25.07.2013 18:31

Уважаемый автор!

Вы очень правильно сделали, что оставили без внимания хулиганскую выходку обыкновенного хама, не сказавшего ни слова по существу статьи. По всей видимости, ему всёравно где хулиганить и кого кусать, лишь бы заявить о себе публично! Ну да у нас тут не базар и не суд. Бог ему судья! Вызывает сомнение и то, что он понимает и суть сталинизма!
Хорошо знаком с Вашими гениальными научными работами, восхищён книгой "Философия достоинства, свободы и прав человека!
Сильная статья истинного правоведа и защитника прав человека! Безусловно, комментируемое право должно исходить из контекста защиты человеческого достоинства, что Вы мастерски продемонстрировали и доказали в своей замечательной статье. Браво!
В то же время, лично я считаю, что только в правовом государстве, при высоком уровне правовой культуры населения, где не будет "Бурлаков", возможно говорить об эффективности деятельности Суда присяжных и о выборности профессионалных судей населением администрат

Анатолий Мучник | 25.07.2013 18:10

Уважаемый Алексанр Генадиевич, как и все Ваши прежние публикации - высочайший уровень с широчайшей эрудицией!
Но, государство-карлик в экономике, не может быть гигантом в политике(реактивный двигатель на телегу не поставишь...), а при подавляющем убеждении комментаторов УВ о преимуществах общественной собственности - о каком праве на личную неприкосновенность можно вести речь?
ЭТО ЖЕ ЧАСТНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ, а значит ЛИБЕРАЛИЗМ, а значит ГОСУДАРСТВО ДЛЯ ЧЕЛОВЕКА(а не наоборот)- этого Вам наши профессиональные комментаторы не простят! НО ПРОСВЕЩАТЬ НЕОБХОДИМО, ХОТЯ И ПОЗДНО. ПОЕЗД ДАВНО УШЁЛ...

Саша, великолепная статья.

Юрий Мельник | 25.07.2013 16:47

Замечательная статья, думающего автора, которая не может оставить безучастным ни одного порядочного человека. Автор проанализировал чудовищное прошлое, которое является закономерным продолжением не мение ужасного настоящего. Оной из таких проблем является ПОЛНОЕ игнорирование личных прав человека, как во времена СССР так и сейчас. Автор сделал абсолютно правильный вывод, что только независимая и справедливая судебная система сможет обеспечить право на неприкосновенность человеческого достоинства, на личную неприкосновенность, на неприкосновенность личной жизни.

Павло Бурлак | 25.07.2013 16:02

еще одна жертва сталинизма.
(Мучников развелось, как собак необрезанных).